27 мая в рамках научного семинара Центра истории и социологии Второй мировой войны состоялась лекция д-ра Юргена Матеуса "Процесс Эйхмана и его наследие". Адольф Эйхман, бывший подполковник СС, был схвачен в Аргентине израильскими спецслужбами и судим в Иерусалиме с апреля по декабрь 1961 года. Он был сочтен виновным, осужден на смерть и казнен 31 мая 1962 года. Общепризнано, что процесс Эйхмана возымел значительное влияние на осуждение нацистских преступлений и на восприятие Холокоста. Но действительно ли иерусалимский суд установил новые правила, по которым следовало судить исполнителей "окончательного решения еврейского вопроса"? Если процесс Эйхмана и оказал заметное воздействие на дальнейшее восприятие Холокоста тем, что ввел понятие "эра свидетелей", можно ли сказать то же самое о его воздействии на историографию? До какой степени высказывание Ханны Арендт про "банальность зла" повлияло на изучение нацистских зверств - тогда и теперь? Лекция была посвящена этим и смежным вопросам, с особым акцентам на научный дискурс о Холокосте в США и Германии.